Этот материал основан на репортаже Эдуарда Докса, 28 января 2026 специально для издания «Вести», подготовленном в Киеве. Редакция пересказывает и структурирует свидетельства очевидцев, сохраняя фактуру и голоса людей, оказавшихся в эпицентре энергетического кризиса.
История Евгении Бесфамильной — киевской пенсионерки, пережившей Холокост и умершей в собственной квартире 27 января — стала символом того, во что превратилась зима в Украине. После этой трагедии разговор о войне перестал быть только военным. Он стал бытовым, ледяным и смертельно конкретным.
Зимой 2026 года Украина переживает самый тяжелый энергетический кризис с начала полномасштабной войны. Систематические удары российской армии по объектам гражданской инфраструктуры лишили миллионы людей электричества, тепла и воды. Эти базовые вещи больше не воспринимаются как норма — они стали переменной, зависящей от очередной атаки.
Особенно остро это ощущается в Харьков и Одесса — городах с разной географией войны, но одинаково тяжелыми гуманитарными последствиями.
В Харькове ситуация остается одной из самых сложных в стране. После очередных ночных ударов по энергетическим объектам до 80% города оказалось без стабильного электроснабжения. Остановки транспорта, перебои с водой и связью, отсутствие отопления в жилых районах стали частью повседневности.
Аварийные бригады работают круглосуточно. Используются резервные источники питания, но восстановление постоянно срывается новыми обстрелами. Город живет в повторяющемся ритме: атака — восстановление — новая атака. Власти просят экономить ресурсы и следить за официальной информацией, понимая, что ситуация меняется буквально по часам.
На этом фоне особую роль берут на себя общины. Еврейская община Харькова уже четвертый год войны поддерживает пожилых, семьи с детьми и тех, кто не смог уехать. Учебные классы в подвале синагоги, продуктовые наборы, теплые куртки и одеяла сегодня важнее любой формальной отчетности.
По словам представителей общины, дизельный генератор в синагоге часто становится единственным источником света и тепла. При этом подчеркивается работа харьковских энергетиков и коммунальщиков: несмотря на постоянные удары, они снова и снова поднимают разрушенную систему.
В Одессе картина иная по форме, но не по сути. Город находится далеко от линии фронта, однако подвергается регулярным ударам. После одного из последних обстрелов были повреждены жилые дома в центре, десятки людей получили ранения. Удары пришлись по энергетической инфраструктуре, что привело к массовым отключениям.
В ряде районов одновременно пропадают свет, отопление, вода и связь. Электроснабжение подается по резервным схемам, с постоянными перебоями. Критическая инфраструктура получает приоритет, но для обычных квартир это означает холод и темноту.
Наиболее уязвимыми оказываются пожилые люди и переселенцы. 89-летний одессит Семен Вайнблат, поэт и переводчик, вспоминает, что свет в его районе дают всего на несколько часов в день. Батареи едва теплые, воду приходится экономить, а греться — в верхней одежде и под несколькими одеялами.
Он хорошо помнит Вторую мировую войну, но признает: нынешняя отличается масштабом технологий уничтожения. Баллистические ракеты, беспилотники, целенаправленные удары по инфраструктуре делают зиму оружием. В его районе нет убежищ, поэтому он и жена соблюдают правило «двух стен», оставаясь дома даже во время тревог.
Выживать помогает помощь благотворительных организаций: продукты, лекарства, а где возможно — уголь и дрова. После недавней операции Семен почти не выходит из дома, и весь быт лег на плечи супруги.
Среди одесситов много переселенцев. Владимир и Татьяна Федоровы уехали из Херсона осенью 2022 года, после месяцев жизни в оккупации. Их дом пострадал от обстрелов, а собака умерла от разрыва сердца из-за постоянных взрывов. В Одессе они планировали задержаться ненадолго, но живут уже четвертый год.
Сегодня их пенсии едва хватает на аренду и коммунальные услуги. Бесплатный транспорт для пенсионеров не ходит из-за энергетического кризиса, а маршрутки стали роскошью. Бывали случаи, когда электричества не было по четыре дня подряд — при минусовой температуре в квартире. Греются бутылками с горячей водой, грелками и тем, что можно приготовить на плите — еда здесь тоже стала способом согреться.
Одесситка Маргарита подтверждает: многие районы сидят без света и тепла, женщины сами заправляют генераторы — мужчин не хватает. Магазины разрешают зарядить телефоны и выпить горячего чая. Это часто единственная поддержка.
Она признается, что государственной помощи почти не ощущает. Коммунальные аварии происходят постоянно, а устранять их сложно из-за обстрелов и нехватки специалистов. «Город держится на людях и взаимопомощи. Но как долго?» — этот вопрос здесь звучит все чаще.
Энергетическая война превратила зиму в испытание на выносливость, где линия фронта проходит через кухни, спальни и подъезды. Этот текст — пересказ репортажа Эдуарда Докса для «Вестей», дополненный редакционным контекстом для израильской аудитории. Именно такие человеческие истории и объясняют, почему происходящее в Украине невозможно воспринимать как абстрактную геополитику, о чем последовательно рассказывают НАновости — Новости Израиля | Nikk.Agency.
…
Холод вместо фронта: как Харьков и Одесса выживают в энергетической войне - 29 января 2026, 16:46, - Новости Израиля
Израиль принимает юных украинских спортсменов: в Тель-Авиве прошла встреча участников 32-го кемпа Olympic Dreams - 29 января 2026, 16:46, - Новости Израиля
Израильский «Стоунхендж» на Голанах: что на самом деле известно о Гильгаль Рефаим - 29 января 2026, 6:47, - Новости Израиля