МИД Израиля и Yad Vashem осудили перезахоронение Андрея Мельника в Украине, поднимая вопросы о ОУН, Холокосте и исторической памяти. - 27 мая 2026, 2:56, - Новости Израиля
Кремль пугает Киев «Орешником», но сам боится последствий удара - 26 мая 2026, 23:53, - Новости Израиля
Видео: Регина Шафир. Женщина, которая рисует войну в Украине. — «Лучшее радио Израиля» - 26 мая 2026, 23:53, - Новости Израиля
…
Украина возвращает на родину фигуры национального движения XX века, но Израиль напоминает: память о Холокосте не может быть второстепенной темой. Перезахоронение Андрея Мельника под Киевом стало новым испытанием для украинско-израильского диалога.
Израиль резко ответил Киеву
Министерство иностранных дел Израиля выступило с резкой критикой после официальной церемонии перезахоронения лидера ОУН Андрея Мельника и его супруги Софии Федак-Мельник на Национальном военно-мемориальном кладбище под Киевом.
Для украинской стороны это событие стало частью возвращения на родину исторических фигур национально-освободительного движения. Однако для Израиля и еврейского мира это болезненное напоминание о тех страницах XX века, где национальная борьба пересекалась с сотрудничеством с нацистской Германией.
25 мая 2026 года на сайте президента Украины было опубликовано сообщение о том, что Владимир Зеленский принял участие в церемонии перезахоронения Андрея Мельника и его жены. В официальной украинской рамке церемония была подана как возвращение на украинскую землю людей, связанных с борьбой за независимость и исторической памятью государства.
Но почти сразу последовала реакция из Иерусалима. Министерство иностранных дел Израиля заявило, что сожалеет о решении провести государственную церемонию перезахоронения лидера ОУН Андрея Мельника, которого израильское ведомство назвало человеком, «сотрудничавшим с нацистами». В заявлении МИД Израиля прозвучала формула: «нельзя игнорировать историческую правду и память о жертвах, убитых нацистами и их пособниками».
Почему реакция Израиля оказалась такой жесткой
Для Израиля эта тема не является обычным дипломатическим несогласием. Речь идет о памяти о Холокосте, о миллионах убитых евреев и о том, как современные государства обращаются с фигурами, чья биография «связана» с движениями, сотрудничавшими с нацистской Германией.
С критикой выступил и мемориальный комплекс Yad Vashem. В его заявлении говорится, что государственное перезахоронение Андрея Мельника вызывает «серьезную обеспокоенность». Yad Vashem подчеркнул, что «чествование лидера движения, которое поддерживало и сотрудничало с нацистской Германией во время преследования и убийства миллионов евреев, подрывает моральную основу памяти о Холокосте».
Это важный момент. Израильская реакция исходит не только из текущей политики. Она опирается на историческую травму, которая остается частью национальной идентичности Израиля и еврейского народа во всем мире.
Украина сегодня ведет войну против российской агрессии и пытается восстанавливать собственный исторический пантеон после десятилетий советского давления. Но для Иерусалима есть граница, которую нельзя убрать из разговора только потому, что Украина находится в состоянии войны. Память о Холокосте для Израиля — не второстепенная дипломатическая деталь, а моральная основа.
Две разные рамки одной биографии
Андрей Мельник — фигура, которую невозможно объяснить одной фразой. В украинской исторической памяти он связан с национальным движением, борьбой против советской власти, военной и политической линией, которая рассматривала независимость Украины как главную цель. После раскола Организации украинских националистов он возглавлял мельниковское крыло ОУН.
Но именно здесь начинается конфликт памяти. Для еврейской и израильской оптики ОУН — это не только антисоветское движение. Это также организация, часть истории которой связана с сотрудничеством с нацистской Германией во время Второй мировой войны. Именно поэтому государственные почести в адрес одного из ее лидеров воспринимаются в Израиле не как внутреннее украинское дело, а как «вопрос исторической ответственности».
Украинская сторона говорит о борьбе за независимость. Израильская сторона отвечает: память о борьбе за независимость не может «вытеснять память о жертвах нацистов и их пособников».
Украина, Израиль и риск российской ловушки
Для израильской аудитории этот сюжет особенно чувствителен. НАновости — Новости Израиля рассматривает такие темы не как чужой исторический спор, а как часть большого разговора о том, как Украина и Израиль могут сохранять союзнический диалог, не замалчивая тяжелые страницы прошлого.
Здесь важно не попасть в российскую пропагандистскую ловушку. Кремль годами пытается использовать тему украинского национализма, чтобы оправдывать агрессию против Украины, стирать реальность российских преступлений и подменять разговор о войне удобными историческими штампами. Это не делает российскую позицию честной. Россия сама ведет захватническую войну, бьет по украинским городам, разрушает дома и убивает мирных людей.
Но российская пропаганда не отменяет сложности украинской исторической памяти. Нельзя позволять Москве превращать любую дискуссию о прошлом Украины в оружие против украинского государства. Однако и нельзя делать вид, что болезненных вопросов не существует. Особенно когда речь идет о Холокосте, еврейской памяти и государственных церемониях, которые видит весь мир.
Почему это важно именно сейчас
Украина находится в ситуации, когда ей нужно укреплять национальную идентичность, поддерживать моральный фронт и возвращать имена, которые десятилетиями были вытеснены советской исторической политикой. Это понятно.
Но Израиль смотрит на этот процесс через собственную историческую травму. Для еврейского государства вопрос звучит иначе: можно ли чествовать на государственном уровне лидера движения, если это движение ассоциируется не только с борьбой против СССР, но и с сотрудничеством с нацистской Германией?
Ответ Иерусалима сейчас очевиден: нельзя игнорировать эту часть истории. Именно поэтому реакция МИД Израиля и Yad Vashem стала такой жесткой. Она была адресована не только Киеву, но и всем, кто пытается отделить национальный героический нарратив от памяти о жертвах Холокоста. Для Израиля такое разделение невозможно.
Что это значит для отношений Киева и Иерусалима
Этот эпизод вряд ли разрушит отношения Украины и Израиля. Между двумя странами остаются важные связи: общины, репатрианты из Украины, украинское комьюнити Израиля, гуманитарные контакты, общая чувствительность к угрозам со стороны России и Ирана.
Но скандал показывает, что историческая память остается зоной риска. Даже когда страны имеют общие интересы, даже когда одна из них защищается от агрессии, память о Холокосте не исчезает из дипломатической повестки.
Для Киева это сигнал: украинская политика памяти требует тонкости, особенно там, где она пересекается с еврейской историей. Для Израиля — напоминание, что Украина переживает войну за существование и одновременно пытается заново собрать свой национальный исторический язык.
Между этими двумя реальностями нет простого компромисса. Но есть необходимость говорить честно.
Украина имеет право возвращать себе собственную историю после десятилетий советского и российского давления. Но когда государственное чествование касается фигур, связанных с движениями, сотрудничавшими с нацистской Германией, Израиль и Yad Vashem не могут молчать.
Для еврейского мира память о Холокосте — не политическая деталь и не предмет тактического торга. Это моральная граница.
Именно поэтому спор вокруг Андрея Мельника стал не просто исторической дискуссией, а проверкой того, могут ли Украина и Израиль говорить о прошлом без пропаганды, без замалчивания и без разрушения сегодняшнего диалога.
НАновости — Новости Израиля продолжит следить за тем, как эта тема будет развиваться дальше, потому что для израильской аудитории вопрос памяти о Холокосте, Украины и современного политического выбора остается не архивным, а живым.
Источник – nikk.agency
НАновости Новости Израиля Nikk.Agency
Сообщение МИД Израиля и Yad Vashem осудили перезахоронение Андрея Мельника в Украине, поднимая вопросы о ОУН, Холокосте и исторической памяти. появились сначала на Новости Израиля israeli-news.nikk.co.il.